Из истории русско-индийских военных отношений. Поход на Индию Павла I

 

Т. Н. Загородникова

Загородникова Татьяна Николаевна — кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра индийских исследований Института востоковедения РАН.  Приоритетные направления исследований — русско-индийские отношения в XIX —начале XX века, публикация архивных документов, новая история Индии. Окончила Институт стран Азии и Африки при МГУ, много лет преподает на кафедре Истории Южной Азии этого Института.

 

 

 

ИЗ ИСТОРИИ РУССКО-ИНДИЙСКИХ
ВОЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ.
ПОХОД НА ИНДИЮ ПАВЛА I.

 

При рассмотрении контактов России и любого колониального государства встает вопрос о стране, в чьей зависимости находилось последнее, о той роли, которую она в них играла. В нашем случае русско-индийских военных отношений это —Великобритания. При исследовании военных связей между Российской Империей и Индией третьей стороной в разной степени, но всегда присутствовала британская составляющая. Часто эти отношения возникали благодаря этой составляющей, из-за стремления обеих стран к ее устранению. Нередко в русско-англо-индийских отношениях большую роль играла ситуация, складывавшаяся в Европе. Образовывавшиеся и распадавшиеся союзы, конфронтации и войны — все изменения в политической обстановке Европы, в частности между Великобританией и Россией — как эхо имело свое продолжение в Азии, поэтому только имея в виду расстановку сил в Европе в тот или иной конкретный момент можно рассматривать военные отношения между нашими странами.

Русская историография российско-индийских отношений XIX века знает два похода на Индию: 1801 г. Павла I и 1878 г. между заключением Сан-Стефанского мирного договора и Берлинским конгрессом. Поход Павла I имел свою предысторию, начавшуюся за 37 лет до его осуществления.

20 сентября 1763 г. М.В. Ломоносов написал Письмо-посвящение «президенту Адмиралтейств-коллегии великому князю Павлу Петровичу о необходимости использовать северо-восточный проход для торгового мореплавания в Индию и Америку»[i], где он говорит о выгодах использовании Северного морского пути (у М.В.Ломоносова — Северного океана) для плавания в эти страны с целью установления с ними торговых отношений. Отдав должное заслугам Петра I в «сооружении флотов российских», его победам на морях и прозорливости Екатерины Великой, которая с малых лет препоручила руководство Адмиралтейств-коллегией наследнику престола, «дабы под ея попечительным предводительством флотских дел знание и к ним охота купно с вашими летами возрастала и укреплялась», он пишет: «Между прочим, Северный океан есть пространное поле, где под вашего императорского высочества правлением усугубиться может российская слава, соединенная с безмерною пользою, чрез изобретение восточно-северного мореплавания в Индию и Америку»[ii].

20 сентября 1763 г. Цесаревичу исполнилось 9 лет. Его должность президента Адмиралтейств-коллегии была, безусловно, номинальной, но, учитывая, что его обучение наукам началось с четырехлетнего возраста и готовили его для царствования, это был мальчик, ребенок, но уже задумывавшийся над будущим своего Отечества. 22 декабря 1763 г. он пишет письмо членам флотской комиссии на ту же тему прохода Северным морским путем (у Павла — Сибирским океаном) в Восточную Индию[iii]. Америка исчезла, о ней в документе не упоминается. Девятилетний государственный деятель пытается перевести теоретические посылки М.В.Ломоносова в практическую плоскость: он спрашивает у членов флотской комиссии: «Упоминаемые оные доводы не противны в чем мореплавательским примечаниям, естли оные во всем основательны, то каким образом точно приступить надлежит к предприятию, в тайне ль хранить оное или начать открыто, какие приуготовления сделать, где и в каком числе суда строить, в какое время и откуда ийтить, словом, что к успешному произведению в действо всего намерения потребно». Признавая большие трудности, которые придется преодолеть на этом пути, Павел Петрович предсказывал новые открытия, которые ждали бы первопроходцев, ибо «несметное еще множество на земном круге осталось неведомого». Цесаревич соглашался с М.В.Ломоносовым в том, что проход Северным морским путем имел огромное значение для развития торговли («…в общей коммерции произошло [бы] удобство и приращение»), но он пошел дальше: «Сие дело клонится к распространению по морям славы и к приращению избытков Российской Империи». Как будущий Император Цесаревич думал о расширении своей Империи, и в том числе в сторону Восточной Индии.

Прошло более 30 лет, прежде чем Павел 1, всесильный монарх Российской Империи, смог сделать попытку осуществить мечту своего детства — начать поход на Индию, хотя и не Северным морским путем, а сухопутным, южным. Не следует считать, что мечта о походе в Индию была пронесена Павлом через все эти годы. Но, с другой стороны, предложенный Наполеоном Бонапартом в декабре 1800 года план завоевания Индии попал на подготовленную почву.

Мысль о походе на Индию пришла к Наполеону Бонапарту в период подготовки его экспедиции в Египет в 1797 г. Сама эта кампания рассматривалась как удар по Великобритании, но не непосредственно, а через ее африканскую колонию. Как пишет академик А.З.Манфред, в своих мечтах Наполеон изгонял британцев из Индии[iv]. С начала 1800 г. первый консул Франции начал искать пути сближения с Россией. Сама идея подобного союза не была изобретением гения Наполеона, она витала в воздухе. Вот, что писал Гюттен, французский агент в России: «Две державы, объединившись, могли бы диктовать законы всей Европе…Россия из своих азиатских владений…могла бы подать руку французской армии в Египте и, действуя совместно с Францией, перенести войну в Бенгалию».[v]

План Наполеона состоял в том, чтобы собрать 70-тысячное войско, по 35 тысяч от каждой из союзных держав, со стороны России – 15 тысяч пехоты, 10 тысяч конницы и 10 тысяч казаков при усиленном комплекте артиллерии. Русский экспедиционный корпус должен был из Астрахани переправиться через Каспийское море в Астрабад (Персия) и ждать там прибытия французов. Французский корпус выделялся из Рейнской армии Моро и направлялся к устью Дуная, далее по морю переправлялся в Таганрог, затем через Царицын до Астрахани и, переправившись через Каспий, соединялся с русской армией в Астрабаде. Этот город должен был стать главной квартирой союзной армии.

Генерального штаба подполковник Баторский, анализируя план Наполеона, писал в 1886 г., что это были скорее наброски к плану, чем сам план[vi], потому что многие расчеты Наполеона представляются неверными. Так, Баторский приводит данные о количестве российских судов на Каспии на 1805 г. и делает отсюда вывод, что «трудно допустить возможность перевозки 70/т. армии иначе как в весьма продолжительный срок»[vii]. Крайне затруднительной представляется и доставка провианта и другого довольствия в Персию. Занижены сроки проведения всей кампании. Бонапарт отводил на нее 5 месяцев[viii]. Баторский называл этот план «заветными стремлениями Бонапарте», считал, что он «составлен из таких гадательных данных, что невозможно допустить, чтобы Бонапарте в 1800 году был близок к его осуществлению»[ix].

Павел I не стал дожидаться своего союзника. Без уведомления Наполеона 12 января 1801 г. он издал рескрипт атаману войска Донского генералу от кавалерии В.П.Орлову I о начале секретной экспедиции: «Англичане приготовляются сделать нападение флотом и войском на меня и на союзников моих шведов и датчан[x]; я и готов их принять, но нужно их самих атаковать и там, где удар им может быть чувствительнее и где меньше ожидают. Заведение их в Индии самое лучшее для сего. От нас ходу до Индии от Оренбурга месяца три, да от вас туда месяц, а всего месяца четыре. Поручаю всю сию експедицию вам и войску вашему, Василий Петрович. Соберитесь вы со оным и вступите в поход к Оренбургу, откуда любою из трех дорог или и всеми пойдите, и с артилерию прямо чрез Бухарию и Хиву на реку Индус и на заведения англинские по ней лежащие, войска того края их, такового же рода, как ваше, и так имея артилерию, вы имеете полный авантаж; приготовьте все к походу. Пошлите своих лазутчиков приготовить или осмотреть дороги, все богатство Индии будет нам за сию експедицию наградою. Соберите войско к задним станицам и тогда уведомьте меня; ожидайте повеленья итти к Оренбургу, куда пришед, ожидайте другого итти далее. Такое предприятие увенчает вас всех славою, заслужит по мере заслуги мое особое благоволение, приобретет богатство и торговлю и поразит неприятеля в его сердце. Здесь прилагаю карты, сколько у меня их есть. Бог вас благослови.

Есм ваш благосклонной Павел.

Карты мои идут только до Хивы и до Амурдарьи реки, а далее ваше уже дело достать сведении до заведений англинских и до народов индейских, им подвластных. П.»[xi]

Итак, план экспедиции Павла 1, также как и план Наполеона, можно назвать скорее набросками, а не четко разработанной военной кампанией, но это подход исследователей конца XX века. Император ставил стратегическую задачу — завоевание Индии; тактику ее исполнения должен был выработать генерал от кавалерии В.П. Орлов, профессиональный, кадровый по современной терминологии, военный, начавший свою деятельность на этом поприще простым казаком, участвовавший в русско-турецких войнах 1768–1774 и 1787–1791 гг., отличившийся при штурме Измаила. Форма постановки задания и обеспечение его выполнения были на уровне знаний об Индии и других восточных странах того региона. Сведения о том, что представляла собой Индия, были чрезвычайно скудными. Вот как понимал император политическую ситуацию и положение англичан в Индии: «Индия, куда вы назначаетесь, управляется одним главным владельцом и многими малыми. Агличане имеют у них свои заведения торговые, приобретенные или деньгами или оружием, то и цель вся — сие разорить и угнетенных владельцов освободить и ласкою привесть России в ту же зависимость, в какой они у агличан, и торг обратить к нам».[xii] Таким образом, целью экспедиции было не только изгнание англичан из их наиболее доходной колонии, но и то самое «приращение избытков Российской империи», о котором писал в 1763 г. тогда еще Цесаревич Павел.

Рескрипт Павла I от 13 января 1801 г. показывает, как Император представлял себе отношения казачьего корпуса атамана войска Донского В.П.Орлова с местным индийским населением и с Бухарским и Хивинским ханствами, через территорию которых должно было пройти войско: «Помните, что вам дело до англичан только, а мир со всеми теми, кто не будет им помогать, и так, проходя, уверяйте их о дружбе России, и идите от Инда на Гангес и так на агличан. Мимоходом утвердите Бухарию, чтоб китайцам не досталась. В Хиве высвободите столько-то тысяч наших пленных подданных»[xiii].

Приведенные выше рескрипты поставили цели и определили задачи экспедиции. Два более поздних рескрипта — от 2 февраля и 7 февраля — лишь только подтверждали прежние распоряжения, выражали удовлетворение тем, как идет подготовка к походу, и еще раз напоминали, что «…экспедиция весьма нужна и, чем скорее, тем вернее и лучше»[xiv].

Первый рапорт генерала от кавалерии В.П. Орлова о ходе подготовки казаков к походу в Индию датирован 1 февраля, получен Императором 11 февраля 1801 г.: «Ваше Императорское величество от 12 генваря высочайше повелеть мне соизволили собрать все войско на сборные места; во исполнение чего одни из станиц выступя, последовали уже на оные, а другие, исправившись, к походу выступают… за исключением больных, отлучных по промыслам их и мало исправных, полагаю будет к походу девятнадцать тысяч, то и осмеливаюсь всеподданнейше представить о сем во высочайшее Вашего Императорского величества соизволение».[xv] К этому же времени были составлены списки генерал-майоров и штаб-офицеров, которых предполагалось назначить в поход.[xvi] В тот же день 1 февраля генерал от кавалерии В.П.Орлов отправлялся к сборным местам, где собирались казаки для похода на Индию.[xvii] В рапорте от 10 февраля Орлов уточнял численность войск, собранных для похода: «Чиновников пятьсот десять, казаков двадцать тысяч четыреста девяносто семь, артиллерийских служителей пятьсот, калмык пятьсот же, да сверх того сменяю отставными находящихся внутри войска на постах казаков всех тех, кои только поблизости к сборным местам пятьсот. А всего двадцать две тысячи пятьсот семь человек».[xviii]

Рапорт генерала от кавалерии В.П. Орлова от 15 февраля 1801 г. затрагивал повседневные нужды войска: «…доношу, что со сборных мест войска по учинении пересмотра поспешу выступить в поход с первого числа будущего марта. Осмеливаюсь Ваше Императорское величество всеподданнейше просить, не благоугодно ли будет всемилостивейше повелеть прикомандировать ко мне знающие национальные тех мест переводы, буде таковые найтиться могут. Я потому, Всемилостивейший Государь, считаю нужным иметь оных, что можно обнадежиться на их верность, нежели приисканного в местах обязанного по жительству. А также всеподданнейше Вашего Императорского величества прошу и о медицинских чинах, кои на всякий случай будут войску нужны». На этом документе есть помета: «Писать к генерал-прокурору и посылать двенадцать лекарей с одним штаб лекарем к войску Донскому…»[xix]Удалось ли найти переводчиков для этой кампании — неизвестно.

Полки выступили 27 и 28 февраля походным маршем, делая в сутки по 30–40 верст. С самого начала войска начали испытывать большие трудности: из-за неурожая в Саратовской губернии, раннего вскрытия рек и, как следствие этого, частого изменения маршрутов не было налажено довольствование, часто не получали фуража и из-за этого бросали лошадей. В.П. Орлов доносил в Петербург: «Из числа войска, в походе следующего, одни, имея деньги, издержали оные на продовольствие, другие, заимствуя друг у друга, задолжались; прочие, не имея денег и не могши занять, уделяли продовольствие подъемным от строевых, чем одних привели в усталь, а других и вовсе лишились упалыми и брошенными; таковых число не малое».[xx]Потерь в людях не было.

Полки прошли походным маршем более 1500 верст, когда в селении Мечетном были получены известие о трагической гибели Павла I и рескрипт нового Императора Александра I от 12 марта, гласивший: «Господину генералу от кавалерии Орлову 1-му. По получении сего повелеваю Вам со всеми казачьими полками, следующими ныне с Вами по секретной экспедиции, возвратиться на Дон и распустить их по домам».[xxi]

Так закончился поход Павла I на Индию. Император значительно изменил предложенный ему Наполеоном[xxii] план. Так, маршрут следования корпуса проходил не через Персию, а через Бухарское и Хивинское ханства, корпус состоял исключительно из казаков, пехоту не брали.

При анализе неосуществленных проектов, кампаний и т.п. всегда очень соблазнительно провести анализ возможности их осуществления с точки зрения современного исследователя и современного уровня знаний. Не являясь специалистом в области военной истории, автору трудно оценить чисто военный аспект экспедиции казаков. Более того, такой подход представляется нам малопродуктивным, поскольку можно оценить только чисто статистические данные (расстояние до Индии, количество войск и т.п.), моральный дух казаков, их готовность к неизвестным и неизбежным трудностям и жертвам  не поддаются оценке.

Лаконичные строки рескриптов императора Павла I дают нам возможность сделать главный вывод, что секретная экспедиция казаков имела своей целью прогнать англичан из Индии и занять их место. Знаний об Индии того времени было настолько мало, что достаточно было руководствоваться принципом «Враг моего врага – мой друг» и считать, что население будет по крайней мере пассивно относиться к смене власти.

 

[i] Русско-индийские отношения в XVIII в. Сборник документов. Москва . 1965. С. 340-341. Данное посвящение было предпослано труду М.В.Ломоносова «Краткое описание разных путешествий по Северным морям и показание возможного проходу Сибирским океаном в Восточную Индию», 1764 г.

Цитируемые документы XYIII века приводятся с орфографией и пунктуацией подлинника, XIX века – с частично исправленной орфографией, пунктуация приведена в соответствие с существующими нормами.

 

 

[ii]Там же стр. 341.

 

 

[iii] Российский государственный архив военно-морского флота, ф. 227, оп. 1, д. 19, л. 70-71.

 

 

[iv] Манфред А.З. Наполеон Бонапарт. М. 1998. С.157.

 

 

[v] Цит. по Манфред А.З. Указ соч. С. 256.

 

 

[vi] Г.Ш.Подполковник Баторский. «Проект экспедиций в Индию, предложенных Наполеоном Бонапарте императорам Павлу и Александру I в 1800 и 1807-1808 гг.» – Сборник географических, топографических и статистических материалов по Азии. Вып.XXIII, СПб., 1886. С. 6-7.

 

 

[vii] Там же, с. 42.

 

 

[viii]  Там же, с. 42-43.

 

 

[ix] Там же, с. 50.

 

 

[x] В декабре 1800 г. Россия и Швеция подписали договор о политике «вооруженного нейтралитета» для защиты своих интересов на море, направленный против Англии, грабившей и захватывавшей суда нейтральных держав. К этому договору присоединились Дания и Пруссия.

 

 

[xi] Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА), ф. 846, оп. 16, д.323, л 1 и об. Опубл. Русско-индийские отношения в XIX в. Сборник архивных документов и материалов. М. 1997. С. 27-28.

 

 

[xii] РГВИА, ф. 846, оп. 16, д.323, л 2. Опубл. Русско-индийские отношения в XIX в. С. 28.

 

 

[xiii] РГВИА, ф. 846, оп. 16, д.323, л. 3. Опубл. Русско-индийские отношения в XIX в. С. 29.

 

 

[xiv] РГВИА, ф. 846, оп. 16, д.323, л 4, л. 5. Опубл. Русско-индийские отношения в XIX в. С. 31.

 

 

[xv] РГВИА, ф. 26, оп. 1/152, д. 104, л.316. Опубл. Русско-индийские отношения в XIX в. С. 29.

 

 

[xvi] РГВИА, ф. 26, оп. 1/152, д. 104, л.317. Опубл. Русско-индийские отношения в XIX в. С. 30.

 

 

[xvii] РГВИА, ф. 26, оп. 1/152, д. 104, л.319. Опубл. Русско-индийские отношения в XIX в. С. 30.

 

 

[xviii] РГВИА, ф. 26, оп. 1/152, д. 104, л.546. Опубл. Русско-индийские отношения в XIX в. С. 32.

 

 

[xix] РГВИА, ф. 26, оп. 1/152, д. 104, л.683. Опубл. Русско-индийские отношения в XIX в. С. 34.

 

 

[xx] Баторский. Указ. соч. С.61.

 

 

[xxi]  Внешняя политика России XIX и начала XX века. Документы Российского Министерства иностранных дел. Т. 1. М., 1960. С. 11. Опубл. Русско-индийские отношения в XIX в. С. 34.

 

 

[xxii] Наполеон Бонапарт еще несколько раз собирался осуществить свой план похода на Индию: в 1804 г. при подготовке к высадке войск в Великобритании он хотел использовать эскадру адмирала Гантома для отправления 30-тысячного войска морским путем в Индию; в 1807 г. он послал генерал-адъютанта Гардана с посольством в Персию, в состав которого входила группа офицеров для рекогносцировки пути и разработки плана военной экспедиции в Индию; вскоре после заключения Тильзитского мира, получив донесения от Гардана, 2 февраля 1808 г. он написал письмо императору Александру I, где наметил свой план покорения Индии русско-французским корпусом. Ответ Александра I содержал такие строки: «…я предлагаю одну армию для экспедиции в Индию, а другую с целью содействовать при овладении приморскими пунктами Малой Азии» (Цит. по Баторский. Указ. соч. с. 8, 64–66).

«Слово в истории текста»

 

М.И. Щербакова.
Щербакова Марина Ивановна — доктор филологических наук, зав. Отделом русской классической литературы ИМЛИ РАН, зам Председателя Научно-редакционного совета по изданию Полного собрания творений свт. Феофана, Затворника Вышенского. Приоритетные направления научной работы — история и текстология русской литературы XIX века, архивные разыскания, подготовка к печати текстов, научное комментирование. Выпускница МГУ. Много лет посвятила преподаванию в высшей школе. Является иностранным сотрудником Центра Славянских исследований Оттавского университета (Канада).

СЛОВО В ИСТОРИИ ТЕКСТА

Текст – важнейший предмет текстологии. По М.М.Бахтину – это «первичная данность» «всего гуманитарно-филологического мышления». Как «языковое выражение замысла его создателя» определил текст Д.С. Лихачев. Л.Д. Громова-Опульская видела в тексте «оформленный в словесную ткань, систему сцеплений замысел или фрагмент замысла, независимо от объема». А.Л. Гришунин определение понятия сформулировал так: «Это запись литературно-художественной или публицистической (да и всякой другой) речи в форме письменных знаков, существующая в виде письменного документа»; и еще: «Текст – одна из форм существования очень значительной части человеческой культуры, закрепленной в памятниках языка». Обоснование понятия и его научное определение в своих работах дали Н.С. Тихонравов, Б.В. Томашевский, Г.О. Винокур, Б.М. Эйхенбаум, С.М. Бонди и др.
Процесс зарождения и развития творческой мысли автора, создающего текст, теоретическая реконструкция этого процесса получили в текстологической науке название истории текста. Это воссоздание хронологической динамики творческого процесса по сохранившимся источникам текста произведения.
Материальное выражение истории текста обнаруживается в источниках. Рукописи, автографы, списки, копии, авторизованная машинопись, корректуры, печатные тексты, звуко- и видеозаписи, издания – это все исходящие от автора или восходящие к нему материалы, относящиеся к тексту произведения. Полнота истории текста зависит от степени сохранности всего объема источников.
Изучение истории текста, выявление идейно-творческой задачи автора, ее формирования и осуществления принято называть критикой текста. «Вся текстология, в той ее части, в которой она занимается установлением текста, есть не что иное, как реставрация и консервация произведений искусства, воплощенных в текстовой форме».
Главным результатом критики текста становится научное издание, основанное на изучении истории текста, на обработке печатных и рукописных источников, снабженное комментарием.
В конце 1980-х гг. был задуман грандиозный проект: издать первое академическое Полное собрание сочинений Л.Н. Толстого. В этой связи будущий главный редактор издания Л.Д. Громова-Опульская писала: «Толстой издается и переиздается в нашей стране миллионными тиражами. 90-томное Полное собрание сочинений, вышедшее в 1928-1958 гг., – настолько значительно и монументально, что мы продолжаем гордиться им. И все же отечественная текстология не исполнила вполне свой долг. Тексты многих сочинений величайшего мирового писателя остаются невыверенными, рукописи изданы неполно и бессистемно. Именно эти задачи поставлены как главные в новом (вероятно, 100-томном), подлинно академическом издании, работа над которым начинается сейчас».
Вышедшие тома свидетельствуют, что это первое полное издание сочинений Л.Н. Толстого, где художественные тексты выверены по первоисточникам, полностью изучен их рукописный фонд и устранены многочисленные искажения.
Так, в повесть «Детство» внесено 23 поправки, в «Отрочество» – 12, в «Юность» – 14, в текст «Поликушки» – 6. Самый внушительный паспорт – к повести «Казаки». В первой публикации в журнале «Русский вестник», взятой за основной источник, обнаружилось 65 ошибок и неточностей, выверенных по сохранившемуся рукописному фонду повести – всего 571 листу автографов и копий.
Несколько примеров. В повести «Детство» буфетчик Гаврило, готовя по окончании охоты пикник, достает сливы и персики не из корόбочки, а из коробόчка (Ак., 1, 31). Охотники заатукали (т.е. затравили собаками), а не застукали зайца (Ак., 1, 31). В «Юности», рассуждая о типе самоотверженной любви, автор описывает, как «брезгливо дотрогиваются» (Ак., 1, 213) до больного пальцы жены: именно брезгливо, а не брюзгливо, как напечатано в «Современнике». В «Поликушке» старик Дутлов на сходке гнусил, «широко разводя руками и подергивая бородкой» (Ак., 4, 143), но никак не поддерживая бородку. В главе VII повести «Казаки» Лукашка, наладив в чаще тернов петли для ловли фазанов, «пошел к кордону» (Ак., 4, 29), а не по кордону, как печаталось в «Русском вестнике». Вечером в станицу стадо не прогоняли, а пригоняли (Ак., 4, 41) и проч.
В ходе работы над вышедшими томами выяснилось, что ошибки и опечатки проникают в текст печатных публикаций произведений Толстого по-разному. Авторская воля относится к категориям сложным и неустойчивым. При жизни автора она динамична. Но после его смерти возникает проблема стабилизации текста – проблема важная в практическом и сложная в теоретическом отношении.
Причины изменения авторской воли бывают, во-первых, творческие. Это, преимущественно, процесс созидательный. Наблюдать за движением текста в его истории – чрезвычайно полезно и поучительно.
К примеру, внешность Марьяны на ранних стадиях писания. Розовая ситцевая рубаха, в которой появляется молодая казачка, сначала просто с «широкими рукавами», «широкими азиятскими рукавами», потом с «широкими рукавами, азиятской прямой ожерелкой и разрезом посередине груди». Эта рубаха в Первом начале повести покрывала «ее тело до половины икор»; позднее – «до половины розовых обнаженных икор». Выгнутый стан Марьяны «сгибался свободно и легко, едва обличая напряжение спинных мускулов». Написав затем слово ступня, Толстой добавил яркую деталь: «сухая с горбом ступня, заканчивающая» ногу. Первоначально белую ногу; но замена эпитета произошла почти сразу: «немного загорелую стройную ногу», именно ногу станичной казачки (Ак., 21, 9-10).
Работая над Седьмым началом повести, Толстой дополнил панораму казачьей станицы яркими художественными деталями. На углу расположен не просто богача дом, а «бывшего в Петербурге, выстроенный на русский манер». Чеченец «с трубочкой, мрачно глядящий на всех, обличает» не веселость казаков, как было в предыдущем варианте, а их самодовольство (Ак., 21, 275).
Всего одно добавленное в тексте причастие заметно углубляет ретроспективу сцены: «Там казак в оружии, верхом, выпросившийся с кордона, подъезжает к хате». Этот «казак, усталый, обвешанный оружьем, подъезжающий к окну хаты и, перегнувшись, с молитвой стучащий в него. И красивая голова казачки, высовывающаяся оттуда», – так было в варианте 1860 г. (Ак., 21, 275). Устраняя подробности, мало подходившие к изображению молодцеватого любовника, Толстой создал новый вариант: казак «подъезжает к хате и, перегибаясь к окну, постукивал в него, и красивая молодая голова казачки высовывается оттуда» (Ак., 21, 332). В окончательном тексте эта сцена приобрела романтически легкое звучание: «вслед за стуком показывается красивая молодая голова казачки и слышатся улыбающиеся, ласковые речи» (Ак., 4, 22).
В описании казачьей станицы Толстой дополнил звуковую картину предвечерней поры: «женские и детские голоса перекликаются по дворам»; художественно воссоздал ее ароматический колорит: «По всему воздуху разлит запах овоща, скотины и душистого дыма кизяка» (Ак., 21, 276).
Однако, помимо творческих причин изменения текста, часты случаи, когда текст меняется по причинам нетворческим. Свою немалую лепту вносят переписчики, наборщики, цензоры и даже редакторы, невольно нарушая авторскую волю. Писатель, как правило, и не пытается бороться с такого рода «мелкими» обстоятельствами, ценя в своем творении, прежде всего, философско-эстетическое воздействие на читателя. В середине марта 1876 г., завершая работу над романом, Толстой писал А.А.Толстой: «Моя Анна надоела мне, как горькая редька» Сохранилось свидетельство одного из современников И.С. Тургенева, который спросил автора «Записок охотника», почему тот не внесет в новое издание мест, зачеркнутых цензурой. Ответ был кратким: «Знаете, это все так мне надоело».
Допущенные в публикациях ошибки выявляет критика текста. Авторскую волю можно довольно точно определить, прояснив взаимосвязь развития авторской воли с работой писателя над замыслом произведения и его стилистическим оформлением.
При подготовке текста к публикации очень легко нанести ему ущерб необдуманным вторжением. Лингвистический аспект изучения истории текста предполагает анализ и сохранение характерных для языка эпохи и стиля писателя лексических, морфологических и синтаксических особенностей, а также авторские написания фамилий, топонимов, названий.
В свое время критическую сверку печатного текста драмы Толстого «Власть тьмы» со всеми сохранившимися рукописями осуществил Н.К. Гудзий. Эта огромная работа вернула нам подлинное богатство народного языка, чутко уловленное Толстым и переданное в художественном тексте его произведения.
В чем была причина утраты? Переписчики и наборщики, не знавшие часто тех метких и характерных словечек, а также диалектизмов, заменяли их привычными оборотами, нивелируя и обедняя стиль произведения.
Аналогичные случаи обнаружены и при подготовке первых томов нового Полного собрания сочинений Толстого. В пятой редакции первой части «кавказского романа» Лукашака в секрете наблюдает проплывающие по Тереку карчи – так правильно. После выстрела в абрека, Лукашка «продолжал следить за уплывающей карчой» и «ясно различил из-под карчи белеющуюся спину, около которой рябил Терек» (Ак., 21, 204). Но до появления чеченца он видел, как «по поверхности воды тянулись черные тени, которые привычный глаз казака различал за проносимые сверху коряги» (Ак., 21, 202), а старик Ерошка шепотом отвечал ему: «Карга», что означает согласие. Наборщику легко сбиться (коряга – карча – карга), что и произошло в макете тома 4 второй серии: вместо карчи набрано: карги .
Восстановлены разговорные формы в речи Лукашки: «Из-за камыша-то мне и не [видно] видко, привстал, а он услыхал, верно, бестия…»; в сердитом окрике Марьяны (фрагмент третьей части «кавказского романа»): «[Какое] Како ружье?»; в реплике одной из казачек (Второе начало. Беглец): «[Экий] Экой народ стал».
Смешение слов, оказавшихся в контексте рядом, произошло в эпизоде резки винограда; исправления внесены в основной текст на завершающем этапе работы над четвертым томом первой серии Полного собрания сочинений: хорунжий размышляет, закончит ли семья работу к вечеру; «Уберемся, – отвечала старуха, – только бы погода не задержала. Демкины еще половины не убрали, – прибавила она, – Одна Устенька работает, [убирается] убивается» (Ак., 4, 99).
Бывает, что присущие языку Толстого слова, диалектизмы и архаизмы ошибочно заменяются более привычными и знакомыми словами и оборотами. Так случалось с копиистами при жизни писателя; подобное нередко происходит и сегодня с исследователями рукописей Толстого. Чтобы не допустить упрощения авторского стиля, требуется особое художественное чутье. И не только. Учитывая колоссальные объемы рукописного фонда художественных произведений Толстого, необходим напряженный исследовательский труд. Для вышедших томов была проведена сверка текстов по всем сохранившимся рукописям.
Восстановлены устаревшие грамматические формы. Во второй редакции повести «Отрочество» отъезжающий Карл Иванович разговаривает с Николенькой, «закрывая чемодан и усаживаясь в слишком знакомой мне позе на [кресле] кресла подле кровати»; Иван Павлыч в «Декабристах» «вошел и сел на [диван] диване»; там же: «Вы входите, и [первый] первое бросается вам в глаза – накрытый стол». В обращении Лукашки к Оленину: «Как же вы домой [один] одни пойдете: темно». В рассказах Ерошки: «Ведь тоже, как и ты, я чай, из [сибирской] сибирной стороны пришел»; «Не то время, не тот вы народ, [дерьмо] дермо казаки вы стали».
Один из этапов истории текста повести «Казаки» связан с отправкой рукописи в «Русский вестник». Толстой писал редактору, что «ошибок переписчика бездна», и просил обратить на них внимание корректора. Но действительные ошибки не были устранены, а правка свелась к унификации грамматики, приведенной в соответствие с нормами того времени и с практикой журнала. В сторону книжного варианта унифицировали написания существительных среднего рода, которые Толстой почти всегда писал через мягкий знак (теченье, колыханье, желанье, стремленье, образованье и т.п.). Ввели современное написание таких слов, как противузаконно, противуположный, ежели, достигнул, покойно, взбежал, мужеска, женска. Окончания прилагательных в творительном падеже -ой, -ей заменили формой на -ою, -ею.
«Поскольку не все рукописи сохранились (в частности, не дошли до нас наборная рукопись и корректуры), нет возможности восстановить полностью авторскую грамматику и синтаксис, а всякое выборочное их исправление на основе сохранившихся рукописей внесло бы ненужную путаницу» – таково решение текстологической комиссии по критически установленному тексту повести «Казаки» и публикации в «Русском вестнике» как основному его источнику.
При подготовке к изданию черновых редакций и вариантов художественных произведений Толстого соблюдается их максимальная приближенность к источнику. Так, в рукописях второй редакции «Казаков» восстановлено: «…мне бы не хотелось попасть в [противоположную] проивуположную сторону и пройти без охоты лишних несколько верст». В рукописях «Отрочества» (первая редакция): «нарываем веток и [устраиваем] устроиваем в бричке беседку»; там же в главе «Новый порядок вещей. VII» Карл Иваныч прощается с Мими, «одной [рукой] рукою взяв ее за руку и целуя ее».
Сохраняется при публикации рукописей Толстого и авторское написание существительных среднего рода с окончанием -ье: мысли запертого в чулане Николеньки не имели ничего общего с его «[положеньем] положением».
Этот же принцип учитывается и при публикации незавершенных произведений. В «Декабристах» казацкий офицер вырвал у m-r Chevalier бумагу и «лицо его вдруг выразило [удивление] удивленье»; в диалоге «умных» дважды: [одолжение] одолженье; молодой князь Петр Лобазов влюбляется в Натали Кринскую и «делает [предложение] предложенье»; новое платье Сергея Лабазова «через два дня перешло во [владение] владенье Василия». И наоборот: в молодости Лабазов «против [желанья] желания дяди вышел в отставку»; такая же правка появилась в четвертой редакции первой части «Казаков» при сверке с автографами: «У Устеньки, у моей хозяйки, бал, и вы приглашены. То есть пирог и [собранье] собрание девок», «Статная, крупная лошадь, с серебряным набором сбруя и оружие и сам красивый казак обратили на себя [внимание] вниманье всего народа, бывшего на площади».
Трудности возникают при чтении в рукописном тексте окончаний глаголов и отглагольных форм. Белецкий болтал с казачками и Олениным, «[приглашал] приглашая его делать то же, что он сам»; «Старик уже во всю грудь заиграл песни, когда у него явился слушатель, и [подмигивая] подмигивал на Ванюшу и еще бойчей стала его походка»; «Казацкий офицер [развернув бумагу] развернул бумагу и прочел»; Оленин «думал о том, как он приятно [устроился] устроится в этой новой для него станичной жизни».
После сверки с автографами в вариантах рукописей последней редакции «Казаков» было восстановлено: «– Не [лазай] лазяй, говорят, вишь, не шелохнется, до утра недалече, – повторял Ергушов, дрожащими руками подсыпая порох на полку ружья». Эта же форма сохранилась в эпизоде охоты в шестой редакции («Оленин убил пять штук из 12 выстрелов, но, лазяя по тернам, измучился так, что пот лил с него градом») и в окончательном тексте повести («Оленин убил пять штук фазанов из двенадцати выстрелов и, лазяя за ними по тернам, измучился так, что пот лил с него градом» – Ак., 4, 69).
Множество не только сложных, но и оригинальных в текстологическом отношении случаев обнаруживается, как правило, в речи персонажей. В главе «Кордон» (Четвертое начало «Казаков») мать Кирки обращается к Ерошке: «Ты, дядя, к эсаулу-то сходи». Особенность южного говора передана и в другой ее реплике. «Ты бы должен пойти сам к эсаулу да девку Кирушке посватать», – выговаривает она Ерошке. Однако в этой же главе соответствующее нормам языка написание есаул сохраняется в вопросе Кирки к Ерошке: «А что, у Иляски есаул был?» – потому что Кирка это «сказал по-татарски» (Ак., 21, 89).
В основном тексте повести «Отрочество» рассказ Карла Иваныча о себе передан автором в «тех же выражениях и с постоянно неизменяемыми интонациями… разумеется, исключая неправильности языка, о которой читатель может судить по первой фразе» (Ак., 1, 110). Однако в черновой редакции история Карла Иваныча изложена «почти слово в слово в том виде, в котором он рассказывал ее… в том же порядке и в тех же выражениях» (Ак., 19, 268). Напечатанный во второй серии «Редакции и варианты художественных произведений» текст толстовского автографа передает особенности речи Карла Иваныча: «Да, я был красивый мущина тогда»; «Да, я был красивый мущина, голубой глаза, римско нози, und hohen Wuchses, высокой рост».
Научная критика текста не допускает механической перепечатки текста последнего прижизненного издания: текст должен быть сверен с текстами всех предыдущих изданий, сохранившимися рукописями и наборным материалом. Только проследив весь процесс становления текста от первой рукописи до последнего прижизненного издания, можно наиболее точно определить основной текст.
Многократное чтение рукописей помогает восстановить истинный смысл написанного, а иногда и устранить явную бессмыслицу. В главе «Гроза» (первая редакция «Отрочества») «невозможно было от [жары] жара прислониться к раскаленным краям брички». В ранней редакции «Казаков» «Марьяна замолчала, но слушала. Кирка еще что-то [прошептал] пошептал Марьяне». В третьей редакции «Казаков» о Ржавском (так в рукописях 1858 г. назывался герой повести) говорилось, что приятель «[странно] страстно любил его, считая очень умным и прекрасным малым». В шестой редакции исправлено: «Сила растительности этого нетронутого рукою [человеческого] человеческою леса поражала Ржавского». В письме главного героя повести такие строки: «Только теперь в походе, один, т.е. без нее, я в первый раз оглянулся на себя, вспомнил про свое существование и подумал о [ней] нем». На стадии второй верстки четвертого тома внесена еще поправка: «Старуха только покачала на рассказ сына и в душе порешила, что Лукашка украл лошадь, и потому [приказал] приказала немой вести коня в табун еще до света» (Ак., 4, 78).
В незавершенных «Декбристах» утомленный взгляд прекрасных черных глаз Натальи Николаевны «спокойно [спустился] опустился на Пахтина». И еще: «за конторкой сидит француженка весьма противной наружности, но в чистейших [рукавичках] рукавчиках и в прелестнейшем модном платье». Поправка, безусловно, справедливая; ниже в тексте о княгине Лабазовой говорится: «Наталья Николаевна, убравшись, оправила свои, несмотря на дорогу, чистые воротнички и рукавчики, причесалась и села против стола».
Трудности вызывает передача внешнего вида текста: элементов его выразительности, оформления диалогов, абзацев, нередко нивелировавшихся в черновике. В этих случаях необходимо вникать в смысл реплик, чтобы безошибочно определить говорящего.
В «Казаках» на этапе верстки была устранена характерная ошибка в разговоре Оленина и Ванюши с ямщиком-ногайцем:
«– Что это? Что это такое? – спросил он у ямщика.
– А горы, – отвечал равнодушно ногаец.
–И я тоже давно на них смотрю, – сказал Ванюша, – вот хорошо-то! Дома не поверят» (Ак., 4, 17).
Последняя фраза: «Дома не поверят» – ошибочно была оформлена как самостоятельная реплика. Кому она принадлежала? Оленину? Вряд ли. Конечно, она в духе Ванюши и должна заключать его реплику.
Аналогичный пример есть в восьмом томе второй серии, в редакции 1873 года книги «Война и мир». Первая часть, как известно, начинается беседой в салоне фрейлины Анны Павловны Шерер. Французский текст заменен русским:
«– Ну, князь, Генуя и Лука поместья фамилии Бонапарте. Нет, я вам вперед говорю, если вы мне не скажете, что у нас война, если вы еще позволите себе защищать все гадости, все ужасы этого Антихриста (право, я верю, что он Антихрист), – я вас больше не знаю, вы уж не друг мой, вы уж не мой верный раб, как вы говорите.
– Ну, здравствуйте, здравствуйте. Я вижу, что я вас пугаю; садитесь и рассказывайте.
Так говорила в июле 1805 года известная Анна Павловна Шерер, фрейлина и приближенная императрицы Марии Феодоровны, встречая важного и чиновного князя Василия, первого приехавшего на ее вечер» (Ак., 25ı, 7).
Две реплики, следующие одна за другой, предполагают двух говорящих. На самом же деле, все эти слова произносит только Анна Павловна, встречающая первого гостя.
В новом издании надстрочные знаки при публикации текстов Толстого допускались лишь в случаях крайней смысловой необходимости. Несколько примеров таких вторжений в авторский текст. В «Казаках старик Илья жалуется: «москали [все] всё начальники и молодые казаки уж не те люди стали». Марьяна говорит Кирке: «Вы, как бараны ровно, с Назаркой [все] всё вместе ходите». Он отвечает ей тем же: «И ты с Устенькой небось [все] всё вместе ходишь». Лукашка велит Назарке: «Беги за водкой! [На] Нá деньги!». Ерошка вспоминает встречу на охоте с дикой свиньей: «Как она фыркнет, фыркнет на своих на поросят. Беда, мол, детки, человек сидит, и затрещали все прочь по кустам, так [так] тáк бы, кажется, зубом съел её»; вспоминает старые времена: «На маслянице бывало. Так [как] кáк разлетится какой молодец, а они бьют, лошадь бьют, его бьют…». Знак ударения введен и в умозаключение Ерошки о предназначении красивых женщин: «Нет, отец мой, это не грех, а спáсенье» (4/21, Казаки, В 1, л. 104).
Как видим, уникальный проект XXI века – Полное собрания сочинений в ста томах Л.Н. Толстого – открывает широкие возможности для исследователей-текстологов. Главная задача, невероятно сложная и ответственная, – напечатать все сочинения Толстого, художественные и публицистические, завершенные и неоконченные, дневники, записные книжки, письма без купюр и тщательно выверить их по источникам, представить все рукописи полностью, в хронологической последовательности, отражая историю текста каждого произведения. Только так дόлжно печатать художественный шедевр. Иначе он превращается в фальчь, как говорил дядя Ерошка.

Бахтин М.М. Проблема текста. Опыт философского анализа. – Вопросы литературы. 1976. № 10. С. 123.
Лихачев Д.С. Текстология. Краткий очерк. М.-Л., 1964. С. 9.
Громова Л.Д. Текст и произведение: связь / противостояние. В рукописи.
Гришунин А.Л. Исследовательские аспекты текстологии. М., 1998. С. 36.
Гришунин А.Л. Исследовательские аспекты текстологии. М., 1998. С. 115.
Громова-Опульская Л.Д. Избранные труды. М., 2005. С. 450.
Русский вестник. 1863. № 1. С. 5–154.
Современник. 1857. № 1. С. 13-163.
Толстой Л.Н. Полн собр. соч. в 90 томах. Юбилейное изд. М., 1950. Т. 62. С. 257.
Журнал министерства народного просвещения. 1909. № 12. С. 393.
Здесь и далее ссылка на вышедшие тома Полного собрания сочинений в ста томах Л.Н.Толстого дается в текста с указанием в скобках номера тома и страниц.
В одной из ранних редакций «Беглого казака» Толстой пояснил: «“Карга” – значит “хорошо” по-грузински. Это слово так понравилось Ерошке, что, когда он бывает в духе, он всегда говорит “карга”, когда надо сказать “ладно”, нисколько не заботясь о том, понимают ли его» (Ак., 21, 56).
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 314.
Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений. Т. 21; компьютерный набор, макет, л. 511.
Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений. Т. 21; компьютерный набор, макет, л. 267.
Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений. Т. 21, первая верстка, л. 34.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 19, верстка 1, л. 333.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 1, л. 188.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 2, л. 74.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 53.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 2, л. 59.
Громова-Опульская Л.Д. Избранные труды. М., 2005. С. 448.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 218.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 19, верстка 1, л. 243.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 19, верстка 1, л. 274.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 19, верстка 1, л. 295.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 1, л. 185.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 1, л. 188.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 1, л. 190.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 1, л. 194.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 1, л. 188.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 274.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 280.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 2, л. 87.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л.446.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 2, л. 42.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 511.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 389.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21, верстка 1, л. 79.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 94.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 19, верстка 1, л. 268.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 19, верстка 1, л. 265.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 19, верстка 1, л. 244.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 172.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 248.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 363.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, лл. 436-437.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 1, л. 194.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 1, л. 183.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 1, л. 186.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21, верстка 1, л. 42.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 1, л. 108.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 4, верстка 2, л. 116.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21, верстка 1, л. 112.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21; комп. набор, макет, л. 280.
Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 21, верстка 1, л. 45.Ckj

День памяти А.С Пушкина прошел в Российском центре науки и культуры

 

День памяти А.С Пушкина, подготовленный Пушкинским обществом при поддержке Представительства «Россотрудничества» и отделом образования Душанбинской и Таджикистанской епархии прошел 10 февраля 2014 года в Российском Центре науки и культуры.

Программа литературной встречи была посвящена ближайшему окружению А.С Пушкина и роли императора Николая I в судьбе поэта. Учащиеся средних школ № 54, 56, воскресной школы кафедрального собора святителя Николая г. Душанбе выступили в театрализованной композиции, в которой прозвучали отрывки из произведений А.С. Пушкина, воспоминания современников, фортепианная музыка. Были показаны кинофрагменты.

 

В Душанбинской епархии состоялся конкурс воскресных школ

 

  2-3 ноября 2013 года, по благословению епископа Душанбинского и Таджикистанского Питирима,  образовательный отдел Душанбинской епархии провел конкурс воскресных школ епархии в здании Представительства Россотрудничества, приуроченный к празднованию Казанской иконы Божией Матери и Дню народного единства и согласия.

В конкурсе  приняли участие воспитанники воскресной школы кафедрального Cобора святителя Николая г. Душанбе, храма Иверской иконы Божией Матери при 201-ой военной базе и  храма Марии Магдалины в г. Худжанде. Конкурс включал в себя  декламацию, исполнение песен и театральные представления на основе библейских сюжетов.

На торжественной церемонии подведения итогов конкурса епископ Питирим поздравил всех участников: «Все ребята великолепно выступили, и такие мероприятия необходимо проводить чаще, чтобы мы могли сплотить нашу молодежь и развивать работу воскресных школ Душанбинской епархии. Ведь главная цель этих мероприятий не соревноваться друг с другом и показывать, кто лучше, а кто хуже, а дать понять, что мы пред Богом все равны и что каждый из нас дорог для Бога. Искренне поздравляю всех участников конкурса за отличное выступление и благодарю за усердие, особенно руководителей и преподавателей воскресных школ», —  отметил владыка.

По окончании торжественного мероприятия епископ Питирим вручил подарки всем трем воскресным школам в виде проекторов и экранов, для того чтобы воспитанники могли просматривать христианские фильмы и проводить обучающие лекции.

В дополнение, по окончании торжественного мероприятия, в здании Представительства Россотрудничества в зале, где была представлена выставочная экспозиция икон,  Епископом Питиримом была проведена краткая экскурсионная беседа с представителями дипломатического корпуса и гостями мероприятия, в ходе которой у всех присутствующих была возможность ознакомиться с православной иконописью, являющейся важнейшей частью русской православной культуры.

Епископ Питирим  рассказал о написании икон, об истории иконописи и о богословии иконы на примере тех репродукций икон, которые были представлены на экспозиции. Владыка подробно объяснил отличительные особенности иконы от картины, пояснив, что «икона – это окно в духовный мир и царство Божие».

Впечатления выпусника воскресной школы о поездке по Золотому Кольцу

 

Расскажи, пожалуйста, какие впечатления у тебя от поездки по Золотому кольцу России?

Впечатления очень яркие и новые. Я впервые побывал за пределами Таджикистана. Впервые мне выдалась возможность полетать на самолете. Меня поразили пространства России, большое количество храмов, исторические достопримечательности.

В каких городах и местах ты побывал?

Я побывал в Костроме. Несколько дней мы были в Москве, где мы посетили Храм Христа Спасителя, который поразил меня своей красотой и могуществом, а также мы посетили Красную площадь, Ярославль, Переславль-Залесский.

Богдан, какие у тебя пожелания организаторам этой поездки?

Во-первых, мне бы очень хотелось поблагодарить нашего Владыку и я очень рад, и благодарен за такую возможность. И мне бы очень хотелось, чтобы в будущем были еще такие поездки.

Выпускник воскресной школы кафедрального собора святителя Николая — Богдан Донаев.  

 

В путешествие по Золотому кольцу отправился воспитанник воскресной школы

 

Сегодня в путешествие по Золотому кольцу отправился воспитанник воскресной школы Богдан.

Эти поездки уже много лет проводит Совет Российских соотечественников Таджикистана при поддержке Посольства Российской Федерации в Республике Таджикистан. Цель данного проекта в приобщении детей соотечественников к истории и культуре России.

Обширная программа включает посещение Москвы и ряда древних городов, входящих в Золотое кольцо. От всех участников, в числе которых старшеклассники, требуется определенный уровень знаний по целому ряду историко-культурных вопросов.

В дни каникул

Приобщение девочек — воспитанниц воскресной школы к рукоделию является следованием традиционному православному воспитанию. 

Они проявляют интерес и к шитью, и к вязанию, и к вышивке.

Законченные работы будут представлены на выставке «Русский костюм».

Воспитанники воскресной школы получают интерактивные занятия

В воскресной школе кафедрального собора святителя Николая продолжаются занятия в каникулярное время. Обязательно проходит церковное пение. В дополнение для воспитанников проходят занятия по рисованию и тренировке памяти.

Они вызывают у детей живой интерес и соответствуют воспитательным задачам.

«Урок тренировки памяти помогает восстановить утраченные навыки и впредь пользоваться ими постоянно. На занятиях ребята узнали очень много полезного и нового для себя» — отметила руководитель воскресной школы, Герман Татьяна Викторовна.

«Единый день русского языка» пройдет в Душанбе

6 июня 2013 года в Таджикистане пройдёт  «Единый день русского языка». В рамках этого дня в Представительсте Россотрудничества будут проводиться различные мероприятия для детей и юношества. Это мероприятие совпадает с празднованием дня рождения великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина.

Основными целями проведения культурно-гуманитарной акции «Единый день русского языка» в Таджикистане являются развитие русского языка и литературы, пропаганда достижений русской культуры, повышение мотивации учащихся и студентов к изучению русского языка и литературы в стране.

В воскресной школе кафедрального собора святителя Николая идет плодотворная подготовка участников пушкинского конкурса чтецов. Конкурс предоставит возможность воспитанникам младшей и средней группы выступить с отрывками из сказок А.С Пушкина.

Конкурс будет посвящен Дню русского языка, который уже в третий раз будет отмечаться 6 июня сего года во всех странах мира, где проживают русские соотечественники.

Также перед началом конкурса будет показан театрализованный фрагмент из сказки «О Царе Салтане».

День славянской письменности и культуры прошел в Душанбе

Накануне памяти святых просветителей славян, 22 мая 2013 года Епископ Душанбинский и Таджикистанский Питирим  принял участие в мероприятии, посвященном Дню славянской письменности и культуры в городе Душанбе, которое проходило в Представительстве Россотрудничества в Республике Таджикистан.

В  14:00 часов дня в актовом зале Представительства состоялся праздничный вечер. В нем приняли участие учащиеся школ, студенты, представители общественной организации «Клуб общения российских соотечественников «Русские традиции»», и певческий ансамбль кафедрального собора святителя Николая в городе Душанбе.

Мероприятие было открыто приветственным словом Епископа Душанбинского и Таджикистанского Питирима, в котором он поздравил всех гостей и участников встречи с этим днем, и рассказал о значении создания славянского алфавита и переводов книг Священного Писания великиими просветителями Кириллом и Мефодием. Епископ Питирим отметил, что “день славянской письменности и культуры – праздник духовного единения. Этот день воспевает идеи просвещения, любви к своей истории, культуре, родному языку. Проповедники, философы и богословы – с их именами связано зарождение книжной традиции у славян. Их просветительские труды лежат в основе духовного и культурного развития многих народов”.

Программа праздника, также, включила в себя исполнение народных песен и небольших театрализованных сценок.

Коллектив воскресной школы кафедрального собора святителя Николая г. Душанбе также готовится к празднику славянской письменности, посвященной памяти святых равноапостольных Кирилла и Мефодия. Программа праздничного концерта включит в себя поэтическую композицию и театрализованный показ из истории возникновения кириллицы, а также русские народные песни в исполнении учащихся воскресной школы.

День славянской письменности и культуры приурочен ко дню памяти святых равноапостольных братьев Мефодия и Кирилла (IX век).

К лику святых равноапостольные Кирилл и Мефодий причислены в древности.

В Русской Православной Церкви память равноапостольных просветителей славян чествуется с XI века.

Древнейшие службы святым, дошедшие до нашего времени, относятся к XIII веку.

Торжественное празднование памяти святых первосвятителей равноапостольных Кирилла и Мефодия было установлено в Русской Церкви в 1863 году.